Откуда красные флаги на акциях «Свободу Навальному»

Рейтинг 5 (7 Голоса)

Январские протесты всколыхнули общество: дискуссии о политической борьбе, ее смысле, программах и тактиках снова стали фоном нашей жизни. Елизавета Смирнова – о том, как реагируют на этот вызов российские левые. 


Десятые годы – время стремительного разрушения социальных гарантий, период обнищания и застоя. В 20-м вместе с пандемией коронавируса грянул и новый политический кризис. На фоне массовых акций протеста и полыхающих по всему миру дорогих бутиков Россия долго оставалась оплотом старого порядка и удивительного спокойствия. Однако новый политический сезон в этом году открылся досрочно и шумно, не дожидаясь активной фазы предвыборной кампании в Государственную Думу.


Вечером 17 января Алексей Навальный с «Победой» возвратился из Берлина в Россию. Не успел он еще и шага ступить на родной земле, как тут же оказался задержан сотрудниками полиции, а уже на следующий день решением выездного заседания суда был заключен под стражу. В ответ на действия силовиков Навальный записал видеообращение, в котором призвал людей выходить на улицы.


Первая акция протеста прошла 23 января. По разным оценкам, в нескольких десятках городов по всей стране на улицы вышли от 110 до 170 тысяч человек. Самые массовые акции, как и всегда, состоялись в Москве и Петербурге. Но в этот раз протестная волна захватила и регионы. Протестовать вышли даже такие города как Белгород, раньше казавшийся колыбелью стабильности и лояльности режиму. Второй всероссийской акции протеста, которая состоялась 31 января, удалось собрать меньшее количество участников. Зато силовики поставили новый антирекорд по числу задержанных: более 5 тысяч по всей России.


Несмотря на то, что социальная и политическая ситуация в стране уже давно была взрывоопасной, власти удавалось купировать народное недовольство. С одной стороны, это обеспечивал набиравший в последние годы мощность государственный репрессивный аппарат. С другой стороны, в случае социальных конфликтов властям иногда удавалось проявлять гибкость и идти на небольшие уступки. Например, во время пандемии Путин несколько раз обеспечил семьи с детьми прямыми денежными выплатами. Но меры, которые как подорожник время от времени прикладывались на больные места, не могли решить системных проблем. Доходы населения продолжают падать уже на протяжении семи лет, а уровень неравенства, который, казалось, в 2017 году пошёл вниз, снова принялся расти.


Однако до недавнего времени ни одна из политических сил не могла стать тем, кто нажмет на курок и выпустит скопившееся в народе недовольство на улицы. Кто-то делал ставки на электоральную борьбу, кто-то довольствовался политическим капиталом, который можно было заработать, принимая участие в локальных социальных конфликтах. Но выживший после отравления и вернувшийся на родину Навальный получил в противостоянии с режимом небывалое количество политических очков. Это позволило ему окончательно утвердиться в роли политика номер два, и играть по-крупному. Навальный вывел политическую борьбу на улицы и в медийное пространство, где режим в последнее время проигрывает либералам.


Небывалый для последнего десятилетия протестный подъем поставил перед левыми серьезный вопрос о необходимости и форме своего участия. Бессменный лидер КПРФ Геннадий Зюганов высказался резко против протестов. «Радикальное» же крыло партии выступило с их критической поддержкой, а рядовые члены и даже депутаты сами приняли участие в уличных гуляниях. Во второй по величине парламентской партии наметилась новая линия разногласий. Это может повлечь за собой не только радикализацию публичной риторики КПРФ, но и изменить партийную конфигурацию в новом созыве Государственной Думы.


Наверху могут не потерпеть такого заигрывания с уличными массами и несистемной оппозицией и наказать сокращением мест в парламенте. В этом случае КПРФ окажется на развилке. Вариант первый – продолжить радикализироваться и принять участие в формировании нового оппозиционного фланга, что позволило бы расширить протестную повестку и привлечь в протест тех, кто справедливо не доверяет монополии либеральной оппозиции. Вариант второй – окончательно отказаться от политических амбиций.


Высказались о протестах и известные левые блогеры. Например, Константин Сёмин, как и в случае с белорусскими событиями, назвал происходящее в России «борьбой жабы с гадюкой» и призвал левых оставаться в стороне.


Но многие активисты несистемных левых организаций всё же вышли на улицы в январские выходные. Среди них были участники Революционной Рабочей Партии (РРП), Российского социалистического движения (РСД), Объединенной Коммунистической Партии (ОКП), Левого Фронта, Социалистической Альтернативы, Союза Марксистов, Левого Блока и других групп. В Ижевске РРП и РСД даже удалось возглавить протестное шествие. Но несмотря на то, что по данным социологических опросов в стране растут симпатии к левым идеям, сегодня коммунистические и социалистические организации не являются заметной политической силой в протестах, в отличие от предыдущей мобилизации в 2011-2013 годах.

Удастся ли левым стать самостоятельной политической силой, способной изменить и радикализировать центральную повестку оппозиции, которая всё больше концентрируется вокруг одной фигуры, а не вокруг конкретных программных пунктов? А возможно, стать и альтернативным ядром новых протестных кампаний?


Чтобы обозначить векторы возможной дискуссии на эту тему, мы спросили у представителей разных левых организаций – нужно ли сегодня социалистам и коммунистам принимать участие в протестах?


Александр Рогожкин, депутат Пензенской городской думы, фракция КПРФ


Нынешние акции – показатель того, что общественная апатия идёт на спад. Путин и его олигархи уже с трудом могут дать народу что-то вроде образа будущего. А история с ковидом показала чудовищный результат демонтажа социального государства. Левые не могут пройти мимо.

Вместе с тем сегодняшние протесты, в отличие от той же Болотной, не несут широкой демократический повестки. Они конкретно за Навального. Поэтому, как мне кажется, правильно сделали те силы, которые вышли к народу с листовками и с попытками убедить идти к ним. Есть реальная возможность расширить свои ряды.


Также правильно поступили те депутаты, которые следили за порядком. Например, депутат владимирской облдумы думы от КПРФ Шевченко или Мосгордумы от КПРФ Ступин. Выходить нужно для того, чтобы агитировать. Чтобы стать сильнее, нам нужно обозначить себя третьей силой. То есть не сливаться с либеральной повесткой, и уж тем более не впадать в охранительство.


Ирина Шумилова, активистка Левого Блока, создательница паблика «Черная книга капитализма»


Левый – коммунист, анархист – должен быть там, где его аудитория. На митинги Навального ходит много молодежи, молодых рабочих, простых людей. И мы обязаны агитировать их, быть с ними рядом, защищать их и помогать им. Причем сперва –


быть рядом и помогать, а уже потом агитировать, потому что иначе люди не послушают.

Чтобы усилить свои позиции, нам нужно помогать протестующим. Защищать от дубинок, помогать юридически, именно так возникнет доверие, а доверие создаст благоприятную почву для агитации. Мы должны заслужить доверие народных масс, а сидя в теплых кружках этого не сделаешь.


Андрей Заводской, активист «Союза марксистов»


Левым нужно очень активно общаться, налаживать диалог с участниками протеста. Многое из риторики Навального и тех, кто выходит на улицы в эти дни, очень метко бьет в самое сердце режима – по системе неравенства доходов и привилегий, лжи и непрозрачности системы. Это типично левая повестка, на которую сам Навальный не в состоянии дать системного ответа, он ограничивается абстрактной проблематикой коррупции. Но если даже такая купированная постановка вопроса выводит тысячи людей на улицы, это означает, что левым нужен диалог с этой массой, поиск в их рядах единомышленников и радикализация требований.


Стоит переводить ракурс с коррупции на рыночные механизмы, стоящие за большинством проблем, о которых говорит сам Навальный.


Если левые не сделают этого, то лишь подтвердят свой статус силы, не имеющей собственной независимой политической субъектности.


Кирилл Украинцев, автор канала «Вестник Бури Originals», председатель профсоюза «Курьер»


Безусловно, левые должны участвовать в этих протестах. Борьба против диктатуры на протяжении всей истории существования коммунистических движений была первостепенной задачей коммунистов и социалистов. Чили, Куба, Испания тридцатых, во всех этих исторических событиях всегда участвовали левые.


Сейчас мы наблюдаем огромный запрос на широкое общественно-демократическое движение, которое могли бы выступать под общими социально-экономическими требованиями:


отмена пенсионной реформы, кредитная амнистия, сохранение бесплатных образования и медицины, свобода слова и свобода собраний.

Нужно понимать, что социализма никогда не будет без демократии. Любых экономических и политических преобразований можно добиться только на улице.


Если левые не будут выходить на улицу, то режим будет продолжать загонять их в подвалы,


отбирать последнюю возможность участия в гражданской ассамблее во время таких важных и уже назревших перемен. Также важно понимать, что фашизация диктатуры – это история, которая касается всех.


Режим не будет делить гражданское общество на либералов и коммунистов.


Если не бороться за право стать политическим субъектом сегодня – путь в дальнейшую политику, дорога в парламент, возможность участвовать в выборах различных уровней – все это будет закрыто для всех политических сил. Поэтому борьба за демократию, поиск своей социальной базы в момент подъема гражданского самосознания – основная цель для всех левых организаций.


Опросы оппозиционных изданий говорят о том, что более 50 процентов участников последних протестов – это люди никогда не выходившие на оппозиционные митинги. Значит, рабочий класс политизируется, что позволит левым увеличить численность независимых профсоюзов.

Те, кто сегодня говорят нам, что это не наша война и не наш народ, уводят огромное количество аудитории в сторону пассивного наблюдения.



И это недопустимо. Кто, если не мы, и когда, если не сейчас, должны бороться за трудящееся большинство нашей страны.


Также сегодня очень важно называть имена наших политзаключенных: ребят, которые сидят по делу «Сети», Азата Мифтахова. Необходимо усиливать в обществе запрос на освобождение политических заключенных. 

 

Сергей Алышев, депутат фракции КПРФ, Котлас


Я считаю, что левым выходить на протестные акции нужно. Но не для создания массовки, а для выражения протеста именно от левых сил. Это прежде всего продвижение идей социализма.


iFrame


Одной лишь сменой лиц в больном, мутировавшем капиталистическом строе, который зародился в нашей стране, мы ничего не добьемся. И необходимо доносить это до людей.


Дмитрий Морозов, активист Российского социалистического движения, Ижевск


Левые должны выдвигать актуальные, современные и популярные лозунги, которые не будут отпугивать советским официозом или какой-то излишней левизной, а будут привлекать массы, выходящие на абстрактный оппозиционный протест. Кричать «свободу политзаключенным», то есть не только Навальному, но и Азату Мифтахову. Из политических лозунгов – отличный «власть миллионам, а не миллионерам» и подобные. У нас в Ижевске многие, к сожалению, не поддерживали лозунг «власть – рабочим». Что, в принципе, логично. Такие лозунги нужно адаптировать.


iFrame

Нужно показывать, что наши организации это не какие-то «партейки», пытающиеся загнать в свои ряды побольше людей, а именно структуры, которые вышли с какой-то целью на перспективу, сформировать революционное, антипутинское движение. С другой стороны, участвовать всё равно надо аккуратно. Потому что местных навальнистов, если они инициаторы акций, могут бить по шапке сверху за то, что на их протестах излишне левые лозунги, левые кричалки. У нас регулярно навальнистов прессуют за то, что РСД выходит на их протесты с красными флагами.


Левым надо быть на улицах, потому что на улицы выходят люди не ради Алексея Навального, а ради смены власти. Это в первую очередь оппозиционный протест людей, которые устали от путинского режима.


Иван Финогеев, руководитель Пензенского отделения ОКП, председатель совета организации «Поколение Нового Времени»


Лично я считаю, что да, нужно выходить. Но идти на мероприятия подобного рода с чёткой и ясной позицией, давая понять, что мы, левые, выходим на эти акции не за одного конкретного Алексея Навального, а в поддержку политических заключённых в целом и отдельно за каждого из них.

Мы выходим и потому, что с каждым днем становится все сложнее молчать, рассуждая на кухнях, в курилках на работе или на форумах в интернете


о том, когда же пролетарии «откроют глаза», у них начнут зарождаться хоть сколь-нибудь значимые ростки классового сознания, которые поспособствуют ускорению революционных настроений.


Зачем выходить? Для того, чтобы работать с теми, чей интерес к политике, к общественной жизни только-только начал зарождаться. Да, пускай и после просмотра кино на ютубе в 100 млн просмотров или тик-токов, где школьники снимают портреты Путина в классе. Вокруг столько информационного шума, что зачастую молодые парни и девушки, которые пару раз посетили мероприятия а-ля 23.01, бросают это дело. И не из-за того, что мама/учитель/декан запретил. А потому что с ними не ведётся никакой дальнейшей работы. В лучшем случае, если новички сами проявят активность – они появятся на 1-2 акциях, подпишутся на рассылку и зарегистрируются на сайте Умного голосования. 


Поэтому нам, левым, просто необходимо использовать подобные мероприятия с целью агитации и пропаганды. Но и здесь тоже нужен очень осторожный, скорее даже, творческий и новаторский подход, нужны всепроникающие методы агитпропа, нужна своя контр-культура.


Ни для кого не станет новостью мысль, связанная с максимальным объединением левых движений, партий, организаций. Но до этого, к сожалению, очень и очень далеко, ибо у всех свои амбиции.


Семен Козырев, активист Революционной рабочей партии


Главная причина протеста – социально-экономическое неравенство. Поэтому состав участников куда более прекаризирован по сравнению с прошлыми протестами, который пытались проводить под демократическими лозунгами.

Второй важный вопрос – повестка, тут триггером стал фильм про зажравшийся правящий класс на фоне массового обеднения простых трудящихся. А отнюдь не арест Навального, на которого большей части протестующих наплевать. И даже те, кому не наплевать, воспринимают его как жертву режима, а не как политического лидера. Это значительно расширяет количество протестующих.


Третий важный момент в том, что протест по факту остался без руководства: им хотела выступить небольшая группа либералов из ФБК, но из-за их малочисленности и политической беспомощности массы оказались предоставлены сами себе. Поэтому с ними куда проще работать в организационном плане.​

Действия левых должны зависеть от реальных возможностей момента, и многое тут завязано на КПРФ. Ее участие, даже частичное, может перекрасить протест в красный цвет и направить массы влево, даже если сама зюгановская номенклатура этого не хочет. Иных реальных возможностей для перехвата повестки у левых нет: мы слишком слабы для того, чтобы тягаться с Навальным и прочими крупнейшими буржуазными силами.


Участие в организованных либералами митингах и вероятное дальнейшее противопоставление себя буржуазному протесту, если у нас появится для этого реальная возможность, может заметно укрепить как левый фланг в целом, так и отдельные организации. Но это всё равно отнюдь не масштабы полноценного соперничества с буржуазными политическими силами.

 Марья, активистка организации Марксистская тенденция (МТ)


Безусловно, левым нужно участвовать в протестах. В марте 2017 года во время «навальнистских» протестов у нас в МТ были большие дискуссии об участии, и чтобы прийти к общей точке зрения, мы ходили на акции без символики и просто разговаривали с участниками, проводили опросы. По итогам стало понятно, что людей, которые выходят именно в поддержку Навального как политика, не больше половины всех участников, и даже среди них большинство в основном с программой Навального даже не знакомы.


iFrame


В то же время выходят те люди, которые уже задумываются об устройстве общества, о несправедливости и о политическом действии.


Нам часто пишут в комментариях что-то вроде: «почему вы не можете выйти с вашими лозунгами и листовками в другой день, если вы коммунисты?»


— да потому что агитировать случайного прохожего в 100 раз сложнее, чем человека, который уже понимает, что наше общество несправедливо устроено.


Мы выходим, чтобы давать свою точку зрения на причину неравенства и несправедливости — капитализм.


И объясняем, что последовательная борьба за свободу и равенство логически продолжается в борьбе против частной собственности.

Во-первых, левые не должны противопоставлять себя демократическому движению изначально. Они должны быть его наиболее радикальным крылом.


Когда наши товарищи под красными флагами, хоть и с другими буквами на них, смеются над людьми, которые идут под дубинки ОМОНа — они дискредитируют всё коммунистическое движение и обрубают наши связи с теми, кто едва начинает политизироваться. Мы все понимаем, что требование «честных выборов» или «нет коррупции» — это требование ограниченное. Не будет выполнения этих требований при капитализме. Не будет «хорошего президента» и «хороших депутатов».


Во-вторых, нам безусловно нужна своя современная переходная программа, которую мы будем совместно озвучивать на акциях и не только. Люди должны понимать,  за что они встают под красные флаги на митинге. Не только против, но и за. И выработка такой общей программы сейчас на повестке дня.


поделиться

КОММЕНТировать

последние посты