«Многие левые считают меня капиталистом...»

Рейтинг 5 (1 Голоса)

«Я – специалист по франчайзингу и левак в третьем поколении с гражданством Аргентины», – говорит Алексей Шичков. В 12-м году он с товарищами раздавал бесплатный чай на Сахарова и Болотной при поддержке Лизы Глинки, а недавно попробовал открыть крафт-бар на Можайке...


– Как ты познакомился с Лизой Глинкой?


В 12-м году она пришла к нам, задержанным, в ОВД Таганское, дала свой номер, мы потом принесли ей передачки для бездомных. И началась дружба. Я тогда не работал месяца три, потом опять работал. Ночевал в её подвале перед Болотной и Сахарова, от нее мы носили чай на митинги, два военных бака, по 60 литров.

– Почему решил открыть свой бар?


– Я давно работаю в сфере общепита, в развитии франчайзинга и, в частности, в крафтовом пиве. Были и сети кофеен, и пиццерии, одним из проектов была сеть крафтового пива. Не разливайка и не премиум класс. Я видел слишком много кривых франшиз в сфере общепита, кому-то даже помогал строить первые точки. В целом у нас дичайшая беда во франчайзинге, во франчайзинге общепита особенно. Хотя это двигатель экономики, малого и среднего бизнеса. Очень много профанаций от какой- нибудь «Бизнес Молодости» или Университета «Синергия». 


– В чем профанация? 


– В том, что нет отработанных технологий, методик работы и вообще продукта как такового. А есть просто зарегистрированная торговая марка и одна нерентабельная точка. Нет никакой поддержки, нет ПО, нет команды и так далее. Такие якобы успешные проекты с одной точкой уже на третий месяц начинают брать паушальный [вступительный] взнос, но без реальных знаний и опыта франчайзер, владелец ТМ в итоге просто пропадает. Хорошие франчайзинговые проекты можно посчитать на пальцах: «Сабвей», «Доминос», «Макдональдс», «Бургер кинг» и пара российских. В РФ успешны только западные, по большей части американские франшизы.

В связи с этим искать новую работу по найму не особенно хотелось. До этого я всегда работал на стороне франчайзера, владельца ТМ, а хотелось уже использовать знания на реальном опыте, с нуля, и самим запустить точку общепита. И вот в конце прошлого года я давал консультацию по созданию франшизы одному приятелю, и после окончания встречи он предложил найти мне инвестиции на свой бар. Так уж получилось, что во время этого разговора мы как раз проезжали существующую локацию бара. В то время вирус был только в Китае. Инвесторы вышли на связь после Нового года, и я начал ремонт. Инвесторы были, скажем так, не институциональные, не из общепита, так что стройкой я управлял в «одни щи».


– Сколько вложили изначально?


– В помещение я зашел на уровне бетона. Это новый ЖК с заселением чуть выше 60 %. Затраты вышли по верхней планке, в районе 6.5 млн. р. Я вошел в проект официально, как генеральный директор, с опционом долей в ООО. На мне был весь ремонт, дизайн, оборудование, ассортимент, сотрудники и прочие дела с чиновниками. Интерьер был сделан в черно-красно-сером стиле, уж надеюсь, что достаточно стильно и приветливо. И архитектуру бара я делал так, чтобы позже можно было легко ее перенести в брендбук для франчайзингового проекта.

– О каком будущем мечтал?


Мечтал о локальном баре с ассортиментом малых пивоварен России, с лучшей атмосферой, без фантастической наценки, без кухни полного цикла, без официантов.


Выбирая локацию, знал, что на территории 6.5 км нет уже ни одного бара, тем более с крафтовым пивом. Знал, что последний бар на районе закрылся полгода назад, и бывшие бармены рассказали о причинах – раздутая кухня, раздутый штат, постоянные неоправданные затраты. Бар делают посетители. Тестировал в баре малосмешной стенд-ап, концерты. Идеальная картина вырисовывалась...


– Когда начались проблемы?


– Первые проблемы начались с пандемией. Поставщики холодильника везли его полтора месяца. Отмазки были, что якобы оборудование из Китая, а по факту на спецификации был указан Омск. 


Через месяц рабочие сбились с ритма, перестали работать после 7 вечера и на выходных, хотя они не были на зарплате, а получали еще 10 % от затрат на материалы.  


Их было двое на 82 квадрата, и они хотели вести весь ремонт только вдвоем, пытаясь, видимо, заработать все деньги с проекта. Меня такая ревность удивляла. Потом из-за ковида они вообще стали бояться приезжать, потом началась история с пропусками, и у них возникли проблемы. В итоге ремонт шел не 2.5 месяца, а почти 5. Арендодатели давали очень маленькую скидку. Уже после окончания ремонта я посчитал и понял, что с этими рабочими мы потеряли примерно 500 т.р.


Доделывали ремонт сами, я с моей девушкой, друзьями и знакомыми. 

Далее были забавные проблемки с жителями дома, с жалобами, что нет Стаса Михайлова, караоке, водки, дешевого пива из «Пятерочки».


Первые жалобы прилетели через неделю после официального открытия – на фудтрак, на запах чешских сосисок и на несанкционированную торговлю. Но эти жалобы были закрыты управой, так как фудтрак был только на открытии, а торговля с него шла не с нашей кассой. Потом прилетела жалоба из семи пунктов на сайт Мос.ру – на слишком яркую вывеску, на красную бочку-урну у двери, на открытую дверь, на запах пива. 

– Реально жители пожаловались на яркую вывеску?


– Реально, я был в суде, видел, кто написал жалобы, выкладывал эту бумагу в ФБ.


Также утверждалось, что необходима лицензия на пиво. В итоге вывеску сняли – ночью, и я ее потом забирал с «кладбища вывесок» в Московской области, заплатив 5400 р. за хранение. Причем нарушение было обнаружено на таблетке с лого, а не на вывеске с буквами, но забрали и то и другое... 


Лицензия на пиво не нужна, а ЕГАИС у меня, конечно же, был. По остальным пунктам этой жалобы со мной провели некую воспитательную беседу. Дикая архаика. Но до сих пор идет судебное разбирательство по «не открытой бутылке в баре». Повестки по нему приходили в пятницу, в то время как слушание было в среду. Пока суд первой инстанции хочет штраф в 100 т.р., но ждем второго разбирательства.


В октябре я понял, что бар не вышел на плановую рентабельность, арендодатели не снижают аренду, ждать помощи от государства, конечно же, нет смысла, гости боятся ходить в бары – и с точки зрения трат на алкоголь и из боязни заражения.


И я ушел с дикими минусами.


– Какие выводы для себя сделал?


– Надо быть строже, дипломатичнее. Слишком не люблю полицейских и чиновников. Хорошо бы убрать из процесса чиновника как человека. Как минимум, все перевести в электронный формат. 

– Малый бизнес важен для активистов? 


– Многие левые считают меня капиталистом, это всегда дико забавно, другой тип архаики.


По их мнению, нужно работать только в социальной сфере или свободным художником или, может, вообще быть лентяем? Для некоторых моих либеральных френдов из ФБ я тоже капиталист, так как зарабатываю деньги в капиталистической экономике... 


– Либералы же за капитализм вообще. Какие претензии?


– Вот и мне непонятно, какие. Но если я левый, значит должен быть бедным, мне и такое писали...


Все это дико забавно. Патернализм с обеих сторон удивляет, потому что без опыта ведения бизнеса ты не поймешь банальные экономические законы и алгоритмы. 

Мой дед в Аргентине был коммунистом и владел плантацией матэ…


– Аргентинец?


– Нет, белорус. Приехал в детстве в Аргентину, по какой-то программе подъема сельского хозяйства. Бежал от польских шляхтичей, которые щемили крестьян. Познакомился там с бабушкой, которая была украинкой и бежала в Аргентину от голода. Потом продал плантацию задешево родственникам и приехал в СССР, после смерти Сталина. Работал с рассвета до заката, обычным слесарем. 


В общем, совковый патернализм сложно вымирает. А я просто хочу быть ремесленным человеком, без х..еты. 


– Государство должно помогать бизнесу? 


Ничего не вижу пагубного или неидейного в помощи малым ремесленным пивоварням, когда собственники сами каждый день в цеху. А наше государство их готово придушить, например, новым законом о контроле пролива. Начнётся подсчёт литров при выходе с пивоварни, счётчик будет стоять не только при продаже, как при ЕГАИС, а при выходе даже порченого, скисшего или дареного продукта. За все это будет браться налог. Малые пивоварни не потянут, цена такого оборудования – примерно 600 т.р. В малом бизнесе с такими налогами заниматься вообще нечем. Не выгоден эквайринг, не выгоден ЕГАИС, многие бары работают по многим вещам вчерную. Ещё же придумали новую систему учёта продуктов «Меркурий».


Почему так получается, что в общепите все платят черную зарплату? Потому что ни одна партия не поднимала этот вопрос или не разбирается в этом.


Был проект в СССР «Новые Черёмушки», там как раз был раздел про недвижимость для сервиса, который всегда малый бизнес.


Я считаю, что сейчас муниципальные депутаты обязаны регулировать цену за квадрат и иметь план количества заведений коммерческого типа в своём районе.


Ну а вообще слишком много вещей надо менять на уровне политической программы – от контроля аренды недвижимости до системы налогов и системы послаблений для работы мигрантов в белую. 


В целом речь не только про пиво. Но так уж выходит, что почти ничего не развивается, поэтому осталось бухло.


Кофе, пицца, бургер это вторично, бухло, более или менее качественное, будет иметь спрос. Как в той фразе из фильма «На игле» – «у моего отца сначала было бухло, компания и веселье, потом бухло и веселье, а в конце только бухло».


– Какие сейчас планы?


Завтра переговоры по работе, опять в сеть крафт-пива, директором по франшизе, наёмником с правом долей. Не особенно хочу, понимаю, что опять будет профанация, но работать надо. 


Вопросы – Кирилл Медведев 
Фото из архива Алексея Шичкова

поделиться

КОММЕНТировать

ТЕГИ ПОСТА

похожие посты

последние посты