«Петровы в гриппе» - колониальный взгляд на нестоличную Россию

Рейтинг 4.5 (4 Голоса)

9 сентября вышел в прокат фильм Кирилла Серебренникова «Петровы в гриппе» —​ экранизация одноименного романа Алексея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него». Фильм повествует о постсоветской екатеринбургской семье, члены которой, муж-автослесарь, жена-библиотекарь и сын-школьник, в канун Нового года заражаются гриппом и проживают следующие несколько дней в состоянии полубреда, в котором обрывки воспоминаний о прошлом мешаются с галлюцинациями и предновогодней реальностью окраины большого города.


С технической точки фильм почти безупречен. Оператор делает так, чтобы зритель почувствовал себя идущим по заснеженному городу с больной головой и повышенной температурой. Но на этом правдоподобность заканчивается, и приходится в очередной раз убедиться, что имперская оптика, описывая провинцию, не способна выхватить ничего кроме ужасов быта, даже не пытаясь понять, о чем на самом деле писали пермяки и екатеринбуржцы в девяностые и нулевые. Так, за смешными старомодными шапками, старыми троллейбусами и сумасшедшими персонажами, замыленным оказывается социальный посыл уральских писателей о дизориентированном мужчине 30-40 лет, вырванном из комфортного позднесоветского пространства и оказавшегося в постсоветском неолиберальном аду.

Режиссер Кирилл Серебренников на Каннском кинофестивале, 2016 г.


В 2021-м году странновато читать/смотреть на то, как все события вертятся вокруг одного мужчины. Но все-таки можно проникнуться симпатией к этим образам, узнавая в них по крайней мере своих родителей, столкнувшихся с аномией девяностых и нулевых, отчужденных, потерянных и растерянных. Но у московских элитных режиссеров вместо эмпатии — колониальное чувство жалости к экзотическим дикарям, живущим за пределами МКАДа, и непреодолимое желание говорить от их имени что-то очень московское. В итоге экзотические дикари, как и подобает дикарям, странно одеваются, живут в странных квартирах и странно пьют водку. Таких людей нельзя любить (любовь — это ведь про равенство), их можно только жалеть. 


Отдельное «спасибо» за женских персонажей, способных только на телесные высказывания вроде чисто тактильного общения с ребенком и молчаливого страдания. Мужчины могут мрачно пьянствовать, обсуждать «судьбы родины», быть непризнанными писателями или художниками комиксов, периодически сталкиваясь с прозаичным и безмолвным женским телом, и отскакивая от него назад, в свой мужской космос размышлений о чем-то важном. В редкие моменты, когда у женских персонажей появляется возможность диалога без участия в нем мужчин, оказывается, что и между собой говорить они неспособны.

Пример подобной невозможности общего языка — сцена, в которой мать Петрова безуспешно пытается узнать у Снегурочки, где ей найти маскарадный костюм для ребенка, в то время как сама Снегурочка оказывается бессильной выстроить коммуникацию в телефонном разговоре со своей матерью. Итого в сухом гендерном остатке лишь линия героини Чулпан Хаматовой, охотящейся (тоже в полном молчании!) на случайных мужчин. 


Кроме гендерного дисбаланса, бросается в глаза отталкивающий социальный маскарад с переодеванием богемных персонажей в дешевые китайские дубленки. Не кажется ли проблематичным, что Иван Дорн наряжается в бедного уральского писателя или выпускник элитной московской спецшколы Кирилл Решетников играет провинциального поэта, выступающего в местном нищем литкружке? Не кажется ли этот маскарад неуместным в условиях социальной пропасти, которая отделяет реального Ивана Дорна и дешевую китайскую дубленку? Способно ли это переодевание в бедняков вызвать что-то кроме чувства брезгливого отвращения у любого, кто понимает, что в конце съемочного дня актеры снимут с себя дешевую одежду, а настоящему екатеринбургскому автослесарю придется бережно носить свою дубленку несколько сезонов?

Таким образом, за приятной и действительно качественно снятой картинкой остается недосказанность главного. Что стоит за этой полу-жалостливой, полу-ироничной колониальной оптикой, направленной на все четыре стороны от Садового кольца? Почему тому, кто эту оптику направляет, проще выхватывать ужасы быта, иронизировать над героями, у которых "жизнь как-то не сложилась", кружить актеров в хороводах и танцах (видимо, у дикарей такой телесный язык общения с публикой из метрополии), чем попытаться понять кто виноват в том, что миллионы людей, которые должны были прожить достойную жизнь шахтеров, учителей и библиотекарей, оказались объектом жалости и иронии? 


Фильм - проблемный и даже местами вредный, при том, что сделан хорошо. Одно радует - можно уйти с сеанса, чтобы посмотреть хорошее не московское кино о провинции. Например, какой-нибудь якутский фильм — от боевиков до хорроров. При возможности так и сделайте – в Якутии снимают хорошие фильмы про живущих вдали от Москвы нормальных людей о двух руках и ногах (ну и про местных духов тоже).

Кадр из фильма «Иччи» якутского режиссера Костаса Морсаана



В статье использованы кадры из фильма «Петровы в гриппе».

поделиться

КОММЕНТировать

ТЕГИ ПОСТА

похожие посты

последние посты

«Пришло время быть левее и агрессивнее»

«Пришло время быть левее и агрессивнее»

Оставить отзыв
Анализ и самокритика от немецких левых после прошедших выборов
Читать далее
«Иван Денисович»: разносторонность советского

«Иван Денисович»: разносторонность советского

Оставить отзыв
Новый фильм Глеба Панфилова стоит посмотреть
Читать далее
Кто хочет убрать Салавата Юлаева

Кто хочет убрать Салавата Юлаева

Оставить отзыв
В Башкортостане назревает очередной конфликт
Читать далее
«Заново» на Youtube!

«Заново» на Youtube!

Оставить отзыв
Мы открываем видеоблог «Политика Заново» - встречайте первый выпуск
Читать далее