Внук Антонио Грамши: «Муссолини спас моего деда от Сталина»

Рейтинг 3.99 (8 Голоса)

22 января исполнилось 130 лет со дня рождения знаменитого философа, основателя Итальянской коммунистической партии Антонио Грамши. Журналист «Заново» Рустам Юлбарисов поговорил с внуком Антонио Грамши – музыкантом и ученым, унаследовавшим от деда полное имя и интерес к политике. Читайте в интервью с Антонио Грамши о случайностях, которые привели его предка в Россию, к встрече с Лениным и заточению в тюрьме, и о том, почему внук известного коммуниста симпатизирует Дональду Трампу и национал-социализму. 


Каково это – быть не просто прямым потомком знаменитого итальянского мыслителя, но носить его полное имя? 


В России мало кто знает, кто такой Антонио Грамши. В оголтело антикоммунистические годы в России про него совсем забыли. Замечательный проект Горбачева по изданию работ Грамши, который начался в 1990-м году, был заблокирован. Сейчас чаще всего меня спрашивают: «А вы испанец?» Может быть, один из тысячи поинтересуется, а не родственник ли я того самого Грамши. В России я просто человек с экзотическим именем и фамилией. 

Антонио Грамши. International Gramsci Society


А в Италии ситуация совсем другая. Там наследие Грамши интенсивно изучается, есть прекрасный институт Грамши в Риме, с которым я тесно сотрудничаю. В Италии я становлюсь свадебным генералом – со мной пытаются сфотографироваться и таскают на конференции, где без особого интереса выслушивают, чем я занимаюсь – хотя в Италии я тоже выступаю с концертами (Антонио – музыкант-мультиинструменталист и музыкальный режиссер театра Школы Драматического Искусства – прим.ред.). Короче, там я внучок, что тяжело и в какой-то степени унизительно – быть в тени великого деда.


Для меня Антонио Грамши – очень близкий человек, дед, невероятно умный и образованный член семьи. Автор потрясающе остроумных, эмоциональных, ярких писем семье, детям и жене, я их зачитал до дыр. Это для меня самое ценное и важное в наследии Грамши, а уже во вторую очередь он для меня уже мыслитель. 


Когда вы поняли, что вы из не простой советской семьи?


Я всегда отдавал себе в этом отчет, потому что папа много рассказывал про деда. В советское время, кстати, выпустили хорошие детские книжки про Грамши и замечательный диафильм, куда поместили мою фотографию. Антонио Грамши был популяризирован как человек, а не как объект академических исследований, замечательным писателем, нашим другом Рафаилом Хигеровичем. Благодаря его книгам я ощутил себя частью интересной семьи. В школе это продолжилось – в девятом классе на курсе новейшей истории о Грамши шла речь как об одном из лидеров Итальянской компартии. И все мои товарищи знали об этом. То есть особый ореол был с раннего детства, хотя я рос самым обычным сорванцом, в меру хулиганистым.


Диафильм «Сказки из Тури», 1968 год
Национальная электронная детская библиотека (НЭДБ) arch.rgdb.ru 


Как семья итальянского мыслителя оказалась в СССР?


Грамши приехал в Москву зимой 1922 года на съезд Коминтерна как делегат от ИКП. А он сардинец, южный человек – вот и застудил лицевой нерв. У него начался тик и неврологические боли. Его определили в санаторий в Серебряном бору, где он он влюбился в Юлию Аполлоновну Шухт. Семья Шухт – дворянская, которая сделалась большевистской. Шухт дружили с Ульяновыми, а Антонио как раз предстояла встреча в Кремле с Лениным после его первого инсульта. 

Юлия Шухт с сыновьями Делио и Джулиано Photo by Mondadori via Getty Images


Дед познакомился с Лениным 25 ноября 1922 года в Кремле. Они обсуждали на французском возможность объединения социалистической и коммунистической партии Италии в единый антифашистский фронт. Это было неизвестно итальянским биографам. Все думали, что это вымысел, так как Хигерович описал их встречу в виде непринужденного диалога. Я раскопал в архивах, что встреча состоялась на самом деле.


Судьба Грамши была определена, так как Ленин понял: как будущий лидер ИКП Грамши более ценен, чем Амадео Бордига, которому Ленин благоволил до этого. Бордига был левым сектантом и не допускал объединения партии в единый антифашистский фронт. Тогда фашизм в Италии уже набрал силу – в 1922 году прошел «Марш на Рим». Ленин делегировал Грамши некоторые полномочия, он почти год прожил в России, а потом отправился в Вену руководить ИКП. Бабушка осталась в Москве.

Семья Шухт 1913 год International Gramsci Society


Почему Юлия Шухт не поехала с мужем?


Здесь целый ряд причин. Она героическая женщина и была готова ждать мужа. У нее был контракт сотрудника посольства СССР в Италии, но, возможно, семья настояла, чтобы первый ребенок родился в социалистической стране, а не фашистской. В 1924 году в Москве на свет появился мой дядя Делио.


В 1925 году все семья Шухт отправилась в Италию почти на год. В Риме у Грамши был короткий период счастливой супружеской жизни. Беременной бабушке пришлось вернуться в Москву, где в 1926 году родился мой папа Джулиано. 


Бенито Муссолини после покушения стал завинчивать гайки. Находиться в фашистской Италии стало небезопасно. Последний раз Грамши видел супругу в 1926 году.


Он написал письмо в защиту Троцкого, затем его арестовали и посадили в тюрьму, где он провел последние 11 лет своей жизни.


Возможно, это совпадение, а может и нет – между Советским Союзом и фашистской Италией тогда были прекрасные отношения. 

Антонио Грамши в больнице, 1933 год Wikimedia Commons


Какие были условия заключения у Грамши?


Мне как родственнику нечего пенять на Муссолини. Я бы сказал, что он спас моего деда от Сталина. К Грамши очень неплохо отнеслись как к заключенному. Я был в его камере в Тури – просторное помещение, туалет, книжный шкаф, неограниченный доступ к литературе, отсутствие подневольного труда, никаких лесоповалов, никаких рудников, личные встречи с родственниками с возможностью объятий. Конечно, карабинер присутствовал, но на почтительном расстоянии и не подслушивал. 


Проблема была в том, что Грамши попал в тюрьму с плохим здоровьем – врожденным туберкулезом. Конечно, тюрьма – это не санаторий. Когда он занемог, то его сразу перевели в прекрасную поликлинику, а когда и там не справились с болезнью, отправили в лучшую больницу Италии Clinica Quisisana. 

Камера Антонио Грамши в Тури, где он провел 11 лет Quotidiano di Bari


Муссолини не был злодеем и не был мстительным, как Сталин. Грамши высмеивал Муссолини, причем даже его физические недостатки – большую челюсть, маленький рост, вытаращенные глаза. Другой бы яду подкинул, итальянцы эмоциональные. Но Муссолини преклонялся перед интеллектуальной мощью Грамши. 


А в СССР он был бы расстрелян, всю семью – в лагеря. Перед смертью к нему приходили сотрудники НКВД.


Уже умирающего Грамши спрашивали о связях с итальянскими троцкистами.


Понятно, что он ничего не знал, это была угроза и намек на то, что члены его семьи в России стали заложниками. В СССР все-таки не могли пойти против международного престижа Грамши и просто репрессировать его семью. 


Юлия Шухт 1920 год International Gramsci Society


Как семья Грамши жила при советской власти?


Жили хорошо, грех жаловаться. Наша семья подвергалась строжайшему контролю со стороны спецслужб, но никто не давил, и мы свободно выезжали в Италию. Мои родители были аполитичными гуманитариями – мама дирижер хора, папа оркестровый музыкант. От него мне передалась любовь к музыке. Папа, как и бабушка, прекрасно играл на скрипке, но во время войны сломал руку и перешел на кларнет.


Хотя мои родители не состояли в партии, мы пользовались привилегиями работников ЦК КПСС: ходили в ведомственную поликлинику, я ездил в ведомственный санаторий, нам дали квартиру в государственной даче в Кратово, где нашим соседом стал убийца Троцкого Рамон Меркадер. Я дружил с его приемными детьми. Там мы тусовались с потомками испанских коммунистов, которые были изгнаны из страны при режиме Франко. 


Родители критически относились к советскому строю, папа общался с диссидентами, но диссидентом не был. У нас в гостях был тот самый Даниэль, который вместе с Синявским протестовал на Красной площади против ввода войск в Чехословакию. Папе предложили работу в посольстве с условием стать осведомителем КГБ, но он отказался. 


Родители смеялись над Брежневым, осуждали войну в Афганистане, дефицит в стране. И я разглагольствовал на эту тему в кругу школьных товарищей, в цэковских лагерях. Полная дурь, удивительно, что никто не пострадал. Уверен, что до спецслужб это все доходило. Когда я поступил на биофак МГУ, то поумнел и больше не болтал. 


А вот мой дядя Делио был капитаном 1-го ранга ВМФ и профессором баллистики в Калининградской морской академии. Он состоял в партии и верил в коммунизм.


Как менялось отношение к идеям Грамши в СССР?


Грамши как мыслитель и идеолог в Советском Союзе не был известен. И на международном уровне он считался больше политиком и борцом с фашизмом. Когда его посадили в тюрьму, то он стал мучеником. Этот образ усилился его физическим состоянием – маленький, несчастный горбун мужественно принял на себя терновый венец, ведь он мог попросить о помиловании, но не стал этого делать.


Фундаментальный труд Грамши «Тюремные тетради» был написан во время заключения. Вплоть до завершения Великой Отечественной войны о нем никто не слышал. В начале 50-х в СССР вышло первое издание – избранные тексты из «Тетрадей» по философии Бенедетто Кроче, его ранние статьи, которые он писал на злобу дня в газеты L'Ordine Nuovo и l'Unità. В переводе принимала участие сестра жены Евгения Шухт, что-то перевел марксист Милий Николаевич Грецкий.


Удостоверение Грамши. International Gramsci Society


В 1983 году вышло собрание сочинений Грамши. При этом в США, в Германии и Великобритании все было издано давно. Причина в том, что Грамши – все-таки не совсем ортодоксальный марксист. Советской идеологии были во многом чужды его  «примирительные» идеи. Грамши утверждал, что гегемония буржуазного государства основана не на насилии, а на согласии. СССР допускал только непримиримую классовую борьбу. 


Вы упомянули, что волна интереса к Грамши возникла при Горбачеве. Это как-то связано с перестройкой? 


Насколько мне известно, Горбачев лично интересовался Грамши и продвигал его публикации. Тогда вышли тематические подборки сочинений Грамши: о культуре, о воспитании. Последняя вышел в 1991 году, затем все заглохло.


Перестройка – это попытка построить социализм с человеческим лицом.


Как раз Грамши – это самое что ни на есть человеческое лицо социализма, свободно мыслящий марксист, не замешанный в репрессиях, в потакании сталинизму, в политических дрязгах. Ни в коем случае не копируйте подвиг Антонио Грамши. Изучите его биографию и призадумайтесь, насколько можно быть преданным идее и оставаться цельным человеком. Мой дед был примером несгибаемого борца, который всю жизнь учился: даже будучи смертельно больным он взялся за немецкий и русский язык.


Как ваши политические взгляды изменились со временем? 


Я горжусь тем, что ни для кого не являюсь рукопожатным, особенно для либералов, которые меня терпеть не могут. Мои политические убеждения эклектические. 


С одной стороны, это сложная комбинацией левых идей – все-таки коммунистические гены очень сильны. Я до сих пор поддерживаю идею гегемонии производительного класса – пролетариата и интеллигенции – и справедливого распределения национальных благ.


Я не могу спокойно смотреть, как в нашей стране кучка элиты владеет большей частью богатства.


Это соседствует с анархизмом, так как я увлечен идеями кибернетики и децентрализованного управления. Я бы назвал это научной анархией или самоуправляющейся системой. И в то же время


во мне присутствует, страшно сказать, почти национализм.


Я далек от интернационализма. Такая вот идея национального социализма, освобожденного от бюрократического пресса. 


Звучит действительно страшно, как национал-социализм


К сожалению, это сочетание Гитлер дискредитировал. 


А вы читали работы вашего деда? 


Честно признаюсь, я очень слаб в этих вопросах. Конечно, я почитывал сочинения деда на итальянском, останавливаясь на том, что мне понятно. В общих чертах я понимаю идею органической интеллигенции и гегемонию »[1]. Дело в том, что я всю жизнь занимаюсь математикой и музыкой, а все, что касается гуманитарного образования – истории, философии, социологии – я полный невежда. 


Я привык читать научную литературу. В работах такого рода мысли выражаются максимально просто. А вот в области гуманитарных наук складывается ощущение, что авторы не стараются писать доступно. Грамши использует гигантские предложения со вставными конструкциями, вводит собственный понятийный аппарат, которому не дает четких определений. Предполагается, что читатель интуитивно понимает, о чем идет речь, а на деле оказывается, что он все понял неправильно. 


Грамши пишет изысканным языком для очень образованных людей. Можно поворчать на деда, что если он хотел сделать свое наследие достоянием пролетариата, то своей цели не достиг. В его оправдание могу сказать, что, возможно, из тюрьмы он был вынужден писать в закодированном виде, иначе тексты не пропустила бы цензура.

Антонио Грамши. International Gramsci Society


Но вы же разделяете политические взгляды Антонио Грамши?


Безусловно, особенно мне нравится его центральная мысль о гегемонии – власть господствующего класса держится не столько на насилии, сколько на согласии. Это идея молекулярного изменения общественного мнения, которое мелкими шажками начинает двигаться в нужную сторону. Это хорошо видно из истории нашей страны, как готовили народ к новой власти после крушения СССР.


Интернетные интеллектуалы – как раз те центры, которые манипулируют общественным мнением. Эти процессы очень точно описал Грамши. Последние события в США хорошо показывают, как борьба за блага подменяется борьбой за права меньшинств. Поэтому Грамши так любят в США – потому что применяют его идеи на практике. 


Кажется, вы описываете окно Овертона – концепцию, которую используют правые


Я не знаю, что такое окно Овертона. Я знаю, что социализм защищает права трудящихся, а не бездельников. Поэтому я защищаю интересы трудового народа, а не геев и цветных меньшинств. Как, например, Трамп, который проводил политику протекционизма. Он попытался вернуть производство из Китая в США, что привело к падению уровня безработицы. Дональд Трамп – сильный руководитель и немножко клоун, но политик не обязан быть интеллектуалом. Главное, что он делает для страны. 


Трамп – типичный правый политик, да еще и миллиардер, среди его электората – откровенные фашисты. А ведь ваш дед был врагом фашистского режима Бенито Муссолини


Дуче был изначально социалистом и в некотором смысле оставался им в душе. Когда убили одного из лидеров Итальянской социалистической партии Джакомо Маттеотти, он катался по полу от ярости. А какие прекрасные квартиры он построил рабочим в Риме! Сейчас это элитные коттеджи в районе Гарбателла. По сути в фашистской Италии практиковалась социальная система чуть похуже советской: бесплатные лагеря для детей и санатории для рабочих, досуг для населения. Почти социализм, который назывался фашизмом, да еще помноженный на колониальную политику. В Италии, в отличие от нацистов, даже намека на расизм не было. Гитлер вынудил Муссолини принять законы против евреев. 


Получается, что Трамп и Муссолини у вас симпатичные. Что бы сказал Антонио Грамши, если бы узнал, что его внук симпатизирует правым политикам?


Понятно, что бы он сказал – все-таки он был марксистом. А мне вообще не нравится разделение на правых и левых. Мне нравятся политики, которые отстаивают национальные интересы, особенно европейские, которые идут наперекор идиотским решениям Евросоюза. Еврочиновники навязывают свою волю большинству населения, которая идет вразрез с национальными интересами, например, нелегальная миграция. 


Это не правизна, я отстаиваю национальные интересы трудящихся. В Италию едут молодые люди, которые не желают работать. Это масса идеологических чуждых европейской культуре людей, в основном исламского вероисповедания, которые отнимают благосостояние у национального пролетариата.   


Я решительно против, но не собираюсь ущемлять права меньшинств.


Я сама толерантность.


Однажды на гастролях я спал на одной кровати под одним одеялом со стопроцентным геем.


Я нормальный мужик и бабник, проявил абсолютную терпимость, однако когда меньшинства начинают навязывать свою волю большинству и предлагают отменить упоминание пола – это черт знает что.


Антонио, я бы сказал, что элементы SJW, которые вам так не нравятся, были апроприированы и превращены в элементы культурной гегемонии, которую описал ваш дед. После ухода Трампа и воцарения Джо Байдена капитализм не изменится – даже если в кино будут показывать больше геев и чернокожих. Вам как работнику театра будет понятна следующая аналогия: это очень сложный спектакль, который постоянно усложняется


Это понятно, по этому поводу у меня нет иллюзий. Только кажется, что при Байдене этот глобалистский элемент усилится. 


[1]Гегемония – это одно из центральных понятий философии Грамши. Он считал, что жизнеспособность капитализма основана не только лишь на материальных (базис), но и на идеологических факторах (надстройка). Рабочий класс не просто эксплуатируется капиталом, гегемония означает производство согласия рабочего класса с условиями эксплуатации. Грамши противопоставляет органическую интеллигенцию пролетариата, которая требует изменений в обществе, традиционной интеллигенции, которая идеологически обосновывает статус-кво


​​Редакция «Заново» категорически не согласна со многими позициями интервьюируемого

Автор текста благодарит за помощь в подготовке интервью кандидата философских наук Антона Бархаткова и социолога Олега Журавлева 


Фото на обложке – Facebook Антонио Грамши

поделиться

КОММЕНТировать

ТЕГИ ПОСТА

похожие посты

последние посты